?

Log in

Оригинал взят у yasad в Пепел Клааса стучит в моем сердце!

Нас накрыла беда,

И укрыться нельзя –

То костер, а то дыба скрутила.

Все законно, лета

Пишут поп и князья,

Что им дела до «грязного» Тиля.

Мне не нужен покой,

Все вперед и вперед!,

Упираясь, тяну отстающих.

Позади крики: «Стой!»

Впереди – ломкий лед,

Но осилит сей путь лишь идущий!

Кто-то слаб, - отойдет.

Станет новый в строю,

По мостам, без мостов – через броды.

Все вперед и вперед!

Задыхаясь, пою

Во все горло, для них, песнь свободы.

Брань, насмешки,  - что грязь,

Щедро сыплют мне вслед,

Не проняв – тычут в грудь алебардой.  

Им, средь суетных дрязг,

Слово правды – что бред,

Власть законов для них стала правдой.  

И теряя друзей

В схватке принявших смерть 

Без стенаний, геройства и понта,

Становясь все сильней,

Сквозь беды круговерть,

Я иду на зов горизонта! 


За длительный период существования студии звукозаписи Воронежа, здесь было создано и записано большое количество музыкального материала, самых различных групп и исполнителей, разной целевой направленности и стилистики, от авторской песни и шансона до джаза, поп-рока и прогрессивной электроники. Студия звукозаписи Воронежа сотрудничает, с многими талантливыми поэтами, композиторами, аранжировщиками, звукорежиссерами, инженерами, дикторами, имеющими богатый опыт работы в области звукозаписи и шоу-индустрии.

Если вам необходимо произвести звукозапись, изготовить аранжировку, качественно свести аудиоматериал, или же произвести другую работу со звуком.

Подробнее

Две судьбы

Оригинал взят у yasad в Две судьбы

Сюжет для видео- или мультипликационного ролика.

Экран разделен на две половинки. Синхронно идут два сюжета, где показывается, совпадая по времени,  жизнь двух женщин, одинаковых по возрасту и живущих в одном доме.

В одном сюжете показана молодая женщина, ведущая активную общественную жизнь, почти не уделяющая себе личного внимания. Ест на ходу, одевается ровно настолько, чтобы не выделяться из толпы, старается помочь всем. Проходят годы. Вот она уже руководитель какой-то общественной организации. Личная жизнь не ладится, так как она ей может уделить минимум времени. Муж ушел. Ребенок, чтобы угодить матери, говорит неправду о своих школьных и личных делах, в то же время изо-всех сил старается быть как все, шляется по подворотням, покуривает травку, восторгается «блатными». Она стареет. Ребенок вырос и живет отдельно, а так как чувствует, что не оправдал надежд матери, его мучит совесть, и он общается с ней только посредством открыток к знаменательным датам. Женщина одиноко живет в однокомнатной квартире, не имея друзей в доме, так как в свое время их не завела, а сейчас и не хочет. Она сидит в кресле и гневно жмет на кнопки пульта, так как то, что она видит на экране телевизора совсем ею неприемлемо, ведь она воспитана на совершенно иных идеалах. Выключив телевизор, она встает, подходит к окну и отдергивает портьеру. На улице солнечный вечер и можно выйти погулять, но у подъезда сидят всегдашние старухи-шептухи, и женщина предпочитает остаться дома, нежели проходить «сквозь строй» угодливых улыбок и мерзкого хихиканья в спину. Она вновь садится в кресло и погружается в воспоминания о былом, которые вскоре вызывают на ее губах счастливую улыбку.

В другом сюжете фигурирует совершенно иная особа. Молодая женщина обожает новые, модные вещи и при первой возможности все это покупает. Она флиртует с мужчинами, ей нравится их внимание. С большим удовольствием она слушает сплетни обо всех и обо всем. Она выбирает себе в мужья самого «крутого». Проходят годы. У нее трое детей. Муж, доминошник-алкоголик, пропадает днями во дворе. Она обстирывает и кормит всю ораву. Вечно плачется на жизнь и с явным наслаждением слушает гадости о своих знакомых, не упуская случая и самой кольнуть кого-нибудь побольнее. Она «дружит» со всеми и всех их презирает. Она стареет. Муж разбит параличом и она его уже ненавидит, и ждет, когда же избавится от вечно стонущей обузы. Дети приезжают с внуками, бьют друг другу «морды» на кухне и она рада, когда они, наконец, убираются восвояси. Женщина ходит в церковь, и хотя у нее смутные представления о библейских перипетиях, она с апломбом высказывает отрывки из услышанных проповедей или прочитанных ею в брошюрах. Все вечера она просиживает у подъезда дома с другими стариками и едко высмеивает всех проходящих, которым только что так мило улыбалась. Она заметила выглянувшую в окно активистку и растянула рот в улыбке, но только лицо исчезло за портьерой, женщина захихикала, и начала всласть «перемывать косточки» гордячке. 


Звездам становится все сложнее и сложнее скрывать свою жизнь. Недавно журналисты добрались и до Жанны Фриске. До этого о семье певицы известно было крайне мало, однако недавно ее же отец и рассказал всем некоторые любопытные подробности о звезде.

Оказалось, что отец Жанны - бизнесмен, и когда-то он даже занимался продюсированием вместе с Игорем Матвиенко. Бывшие одноклассники занимались продвижением группы “Первый класс”. Маленькая Жанна регулярно появлялась у отца на работе. Однако потом Владимир Борисович заинтересовался другими сферами бизнеса. Сейчас он владелец собственного отеля в Дубае. Живут мама и папа девушки в Подмосковье.


Подробнее

Все участники “Евровидения” хотят победить. Но, пожалуй, самое большое желание у Макса Джейсона Мая (Max Jason Mai), представителя Словакии. Ведь вряд ли другие исполнители готовы продать все, что имеют ради возможности выступить в Баку.

Макс Джейсон Май в одном из своих интервью рассказал, в чем, по его мнению заключается секрет успеха на “Евровидении”. Максимум усилий в сочетании с превосходным шоу - и победа обеспечена, считает музыкант. А свои шансы на успех он оценивает высоко.

Певец очень рассчитывает стать триумфатором конкурса, для него это прекрасная возможность покорить европейского зрителя. И для такой цели ему ничего не жалко.

Подробнее

Вокруг “Евровидения” разгорается новый скандал. На этот раз, в центре внимания оказалась шведская телекомпания SVT, которую общественность обвинила в расизме. Причиной стали слухи о том, что сотрудник канала Кристер Бьоркман (Christer Bjorkman) предложил убрать из конкурсной команды темнокожего танцора.

В Швеции SVT освещает весь ход “Евровидения” и курирует своего представителя на конкурсе, а Кристер Бьоркман как раз таки и занимается этим направлением в работе телеканала. И вот, недавно в прессу поступила информация, о не толерантном заявлении этого человека. Якобы Бьоркман сказал, что у Швеции больше шансов на победу без темнокожего танцора Осбена Джордана (Ausben Jordan).


Подробнее

Почему жива музыка 90-х

Музыка 90-х стала особенным и даже в чем-то уникальным явлением современной поп-культуры. До сих пор ее активно слушают, она будоражит умы людей разного возраста. О популярности всевозможных дискотек и вечеринок в стиле 90-х нечего и говорить. Билеты на них раскупаются почти моментально и люди веселятся забыв обо всем, с головой погружаясь в ритмы своей молодости.

В 90-е годы, когда страна погрузилась в тяжелый экономический и политический кризис, популярная музыка начала свое бурное развитие. Ведь прошли времена тотального контроля над культурой и каждый мог заниматься тем, чем захочет.

Подробнее
Оригинал взят у yasad в Сомали: Анархия - мать порядка
Михаэль Дорфман


Хаос или успех

В подзаголовке заключен и вопрос, на который попытались ответить авторы объемного исследования «Somalia After State Collapse: Chaos or Improvement?» Benjamin Powell Ryan Ford and Alex Nowrasteh (Journal of Economic Behavior and Organization, vol. 67, 2008.)

По сравнению с другими странами Восточной Африки, за последние без малого 20 лет, несмотря на периоды хаоса, Сомали явно достигла успехов по многим показателям, и самое интересное, что это происходит при отсутствии какого-либо государственного правления в стране.

Анархия имеет в словаре несколько значений. Одно из них – хаос, другое – отсутствие единого правительственного управления над данной географической территорией. После окончания Второй мировой войны, несколько стран в той или иной степени пребывали в состоянии анархии. В 1982 году я застал такую анархию в Ливане, где в каждой деревне находилась своя власть. Историк Михаил Агурский, который в тоже время находился в Ливане, сравнивал тамошнюю ситуацию с Украиной 1918 года. В определенные периоды анархия царила в Афганистане и Чечне.

Сомали получило независимость от Италии и Великобритании в 1960 году. Начавшееся после получения независимости строительство гражданского общества и демократических учреждений было прервано в 1969 году, когда генерал Мохаммед Сиад Барри установил в стране диктатуру. Режим Барри был свергнут в 1991 году, и с тех пор в Сомали раз за разом срывались все попытки установить центральную власть.

Сразу после свержения диктатуры в Сомали началась гражданская война: враждующие полевые командиры пытались установить свою власть над всей страной. Один из наиболее знаменитых эпизодов этой войны – попытка интервенции со стороны ООН и США, запечатленный в фильме «Черный Ястреб» (Black Hawk Down 2001). Инцидент унес жизни 18-и американских десантников и около тысячи сомалийцев и привел к тому, что президент США Билл Клинтон решил вывести войска из Сомали в 1995 году. С тех пор гражданская война фактически закончилась. Любая попытка установить правительство использовалась элитой страны для грабежа и передела сфер влияния. Любая возможность установления централизованной власти толкала кланы на борьбу за обеспечение своей долив ней. Когда же шансы на создание центрального правительства уменьшались, то кланы возвращались к традиционным, налаженным веками и, в основном, мирным отношениям между собой.

Каждый период насилия и хаоса в Сомали так или иначе следовал за попыткой извне создать центральное правительство. Самая последняя такая попытка –создание «Переходного Федерального Правительства» (ПФП) в 2006 г. при поддержке Эфиопии и США. Борьба против ПФП усилила группировку Союз Исламских Судов (Аш-Шаб’аб ), которая сама создала правительство де-факто и сумела на время взять под контроль южные провинции и бывшую столицу Могадишо. В декабре 2006 г. эфиопские силы вторглись в Сомали, разгромили Аш-Шаб’аб и привезли ПФП в Могадишо. Фактически же ПФП не располагает властью и пользуется весьма малой поддержкой населения. Периодически происходят атаки против их солдат и чиновников. До сих пор неясно, сможет ли ПФП установить контроль над всей страной.

За десять лет между отступлением США и эфиопской интервенцией в Сомали также случались вспышки насилия и военные преступления. Однако они не сравнимы с насилием во время гражданской войны и во времена диктатуры генерала Барри.

В то же время нельзя сказать, что сомалийская анархия в промежутках между конфликтами – это хаос. Народ Сомали оказался способен создать собственную правовую систему, обеспечивающую закон и порядок без централизованной власти. Эта система обеспечила куда более высокие экономические достижения, чем те, которые Сомали достигла во время диктатуры Барри, и более высокие по сравнению со своими африканскими соседями, имеющими функционирующий центр. Все это стало возможным благодаря сомалийскому обычному праву Хир (произн. как [ħeːr] ).

Как работает Хир

Сомалийское обычное право основывается на традициях, которые интерпретируются и исполняются децентрализованной клановой структурой. Хир возник задолго до колониального периода и продолжал действовать во времена колониального правления. После обретения независимости центральная власть пыталась заменить Хир государственным законодательством. Однако в сельских местностях и в пограничных областях люди продолжали руководствоваться обычным правом. После краха сомалийского государства, большинство вернулось к традиционным законам.

Хир запрещает убийство, нападения, разбой, грабеж, кражу, поджог, вымогательство, пытки, побои, нанесение увечий, в том числе по неосторожности или халатности, изнасилование, похищения людей, насильственный увоз, нанесение ущерба имуществу. Хир больше фокусируется не на наказаниях, а на компенсациях за ущерб. Сомалийское общество пастушеское и расчет ведется на верблюдах (как у древних индоевропейцев, где считали по головам капита, а капитал первоначально значил поголовье). Оплата однако, может производится в денежных эквивалентах верблюдам. За убийство мужчины семья преступника платит потерпевшей семье 100 верблюдов, за убийство женщины – 50. Угонщик скота платит по две головы за каждое уведенное животное.

Старейшины кланов избираются в судьи за их опыт и знание обычаев. Однако старейшины не могут заниматься законотворчеством, а обязаны судить по обычаю. Старейшина, принявший решение, отклоняющееся от норм общины, не привлекается к дальнейшему судейству. Если спор происходит между членами разных кланов, их старейшины обязаны найти компромисс. Если не получается, то обращаются за арбитражем к третьему клану.

Сомалийские кланы состоят из расширенных семей потомков по линии отцовского прадеда джилиб. Социологи называют их группами взаимной страховки. Исходя из своих собственных интересов, такая группа помогает исполнить судебные приговоры над нарушителями. Если кто-то причиняет особенно много неприятностей, то семья может публично от него отказаться. Тогда он фактически лишается защиты группы, оказывается вне закона. Люди вне закона обязаны найти другой джилиб, иначе они автоматически перестают быть членами клана. Если требуется более активное исполнение приговора, то старейшины могут мобилизовать весь клан.

Поскольку сомалийские суды независимы друг от друга да еще действуют в разных кланах, то часто они толкуют обычаи по-разному. Внутри кланов разногласия, как правило, разрешаются довольно быстро. Разрешение разногласия между кланами могут тянуться довольно долго. Прецеденты в разрешении конфликтов и становятся источником закона. Хотя толкование закона исходит от кланов, кланы по сути не обладают властью над своими членами.

Сомалийцы изначально свободны и имеют право присоединиться к группе и выбрать старейшин по нраву, а могу создать новый джилиб и возглавить его. На юге Сомали движение между кланами довольно обычное дело. Во многих кланах больше пришельцев, чем врожденных членов.

Сомалийцы – пастушеское общество, а потому их кланы не имеют географических границ и определенной территории. Законы, традиции и суды движутся вместе с людьми. Практически по всей территории Сомали, как в сельской местности, так и в городах существует многоклановая система самоуправления.

В Сомали Хир сосуществует с иламским правом – шариатом, и суд вершит также местное духовенство. Исламское право регулирует акты гражданского состояния, женитьбы, а также вопросы наследования, в то время, как обычное право – Хир является основным корпусом законодательства, регулирующего жизнь в Сомали. На нем и базируется сомалийская экономика.

Экономика анархии

Бесспорно, Сомали является очень бедной страной. Но авторы исследований посвятили много трудов анализу достоверности данных и статистики в Африке и в Сомали в частности. И они пришли к выводу, что уровень и качество жизни значительно улучшились со времени падения режима Барри. Особенно заметно улучшение по сравнению с другими африканскими странами к югу от Сахары. Исследователи провели сравнение Сомали с 41 страной «черной» Африки. Сомали занимает в этой группе далеко не худшее место и показывает поступательное улучшение ситуации. Сравнение проводилось по различным параметрам: детская и общая смертность, продолжительность жизни, заболеваемость туберкулезом, качество детского питания, доступ к чистой воде, уровень иммунизации, санитарное состояние, телефонизация, доступ к интернету и мобильной связи и др.

Разумеется, по стандартам западного мира, Сомали обладает низким качество жизни. Однако по всем показателям, кроме детской смертности, доступу к чистой воде и иммунизации, Сомали находится в верхних 50% стран, охваченных исследованием. И даже там, где Сомали находится в нижних 50%, ее показатели значительно улучшились по сравнению с периодом до анархии. Прогресс за последние 20 лет наблюдается в при сравнении с показателями в других странах «черной» Африки за тот же период. Исследователи также провели сравнение Сомали с группой африканских стран, в которых не было войн. И даже здесь было отмечено улучшение.

Так за период 1985-90 гг. в Сомали наблюдалось резкое повышение детской смертности. Продолжительности жизни в 1980-90 гг. тоже неуклонно снижалась. После краха государственной власти в 1991 году детская смертность резко уменьшилась, а кривая продолжительности жизни медленно пошла вверх. Лишь в трех государствах «черной» Африки после 1990 г. наблюдается рост продолжительности жизни. По уровню детской смертности Сомали за период анархии переместилось с 37 го места на 17-е (из 41). Улучшение наблюдается и в иммунизации детей.

О росте экономической деятельности говорит развитие телекоммуникаций в Сомали. По уровню развития стационарной телефонной связи Сомали за период анархии переместилось с 20-го на 8-е место. По уровню сотовой связи Сомали на 16-м месте, а по уровню интернет-обеспеченности – на 11. 
Во многих африканских странах телекоммуникации находятся в ведении государственных монополий, что замедляет развитие. Установка телефонной линии занимает в Сомали три дня, а в соседней Кении телефона ожидают несколько лет. Цены на телекоммуникации тоже относительно невелики - $10 в месяц за неограниченные местные звонки и 50 центов в минуту за международные переговоры. Интернет стоит всего 50 центов в час. Сотовый телефон стоит дешевле и связь лучше качеством, чем где-либо в Африке.

Исследователи отмечают тот факт, что международный бизнес все больше обращает внимание на Сомали. К сожалению, самый известный «международный» бизнес делает Сомали плохую репутацию – пиратство.



Пираты в стране анархии

В юности мне пришлось несколько раз пройти моряком на небольшой, 96-ти тонной торговой шхуне «Азиза» от Дар Эс-Слама до Джибутти (тогда Французское Сомали).Судно наше, или по-местному д’оус несколько раз заходило в сомалийские порты. Уже тогда, в 70-е годы говорили про пиратов в водах Красного моря. Однако тогда больше опасались пиратов-йеменцев.

Сегодня пиратство вывело Сомали на первые полосы международных новостей. Собственно, если бы не пиратство, то о Сомали в прошлом году и вовсе ничего не было бы слышно. Небольшие сомалийские пиратские банды захватывают иностранные суда, проходящие вблизи сомалийского берега, берут в заложники пассажиров и груз и требуют выкупа. За прошлый год пираты захватили более 100 судов. По данным на декабрь 2009 в Сомали содержалось 17 захваченных судов, около 300 заложников ждали выкупа. Точные данные о размере выкупов неизвестны, но официально считается, что в прошлом году пираты получили около 30 миллионов долларов. Часть этих денег идет на приобретение современного вооружения, что делает угрозу пиратства еще большей.

Индустрия пиратства очень хорошо доказывает эффективность сомалийского обычного права. Пираты нападают на иностранные суда, но никогда на сомалийские. На суше пираты ведут себя мирно, подчиняются местным правилам, слушаются старейшин. Число пиратов невелико, но вокруг них работает целая индустрия, в которой занято 10-15 тысяч человек – ремонт судов, питание, охрана и т.д. Еще одна отрасль, появившаяся в последнее время – кейтеринги, специализирующиеся на питании для заложников. Факт, что пираты не грабят, а покупают услуги и продукты на рынке, как раз и является доказательством того, что Хир обеспечивает закон и порядок.

В то же время, без сомнения, сомалийские пираты нарушают международные законы. С ними следует бороться, как с любыми другими преступниками – усилить охрану судов, ввести международное патрулирование, улучшить связь, наладить сбор агентурных данных и провести прочие более-менее стандартные меры правоохранительной работы. Народ Сомали не должен стать объектом для возмездия за действия пиратов. Военные действия не смогли решить проблему с наркомафией ни в Афганистане, ни в Колумбии, да и жестокие удары возмездия и устрашения за преступную деятельность террористов неизменно приносят куда больше вреда, чем пользы. Еще более провальны попытки насадить «дружественное правительство», которое якобы будет бороться с международной преступностью. Любой навязанный Сомали режим станет воевать с собственным народом и породит куда больше преступлений и насилия, чем способно сейчас породить пиратство. Да и опыт борьбы с пиратством в Южнокитайском море показал, что наличие сильного правительства не помеха для современных корсаров.

Экономист Джордж Эийтей (George Ayittey, автор замечательных книг «Африка преданная», «Африка в хаосе» и «Африка без цепей» ( Africa Betrayed, St. Martin’s Press,, 1992 Africa in Chaos, St. Martin’s Press, 1998.[Africa Unchained: the blueprint for development, Palgrave/MacMillan, 2004) ввел определение для африканских режимов - «государства-вампиры», высасывающие соки из своих граждан и из экономики страны. Эийтей пишет, что недееспособные африканские государства должны быть просто предоставлены своей судьбе, которую они сполна заслужили. Нет смысла вливаниями иностранной помощи отдалять неизбежный развал и крах этих государств, в итоге лишь усугубляя ситуацию внутри их границ. Его критики отвечают, мол, как можно, желать судьбы Сомали. Реальность же такова, что в Сомали не так уж плохо, особенно если сравнивать с другими возможностями, реализовавшимися в соседних африканских странах – геноциды, погромы, гражданская война, кровавые и коррумпированные диктатуры.

Разумеется, Сомали – это не совсем та анархия, о которой мечтали Кропоткин и Бакунин. Сомали и не неосуществленная утопия либертарианцев и не собирается ею стать в обозримом будущем. Скорей, осуществление утопии американского либертарианства будет похоже на сомалийскую действительность. Однако Сомали – живой пример того, как традиционное право может обеспечить приемлемый уровень закона и порядка в стране в условиях безгосударственного существования, особенно когда альтернативой является жестокая и коррумпированная диктатура, какая в здесь уже была и скорее всего будет вновь, если государственная власть будет восстановлена извне. 

2009 г


Считается, что скрипичная музыка – это грусть-тоска… Сразу вспоминаются заунывные пиликанья Шерлока Холмса из замечательного русского сериала… Но это стереотип! «Скрипичная музыка очень разная. Послушайте Пабло де Сарасате – разве это тоскливо?.. Под такую музыку можно же танцевать фламенко!», – переубеждает нас Анастасия Нестерова, профессиональная скрипачка.

Подробнее

Оставить по себе...

Оставить по себе… 
Ты ведь не некто - кто-то. 
Наперекор судьбе
 
Воздвигнуть, начертать хоть что-то. 

Не зря ведь прожил! 
А создав, задуматься угрюмо… 

Бетона прах давно разнес 
Зевок вселенной.
Добро и зло - безумье грез 
Лишь плоти бренной. 

Жизнь - миг в извечном, 
Материи абсурдный выплеск.
Итог конечен - 
Бесследен путь 
Тщеславных мыслей.